Info

 

 

ЛИЗЗИ БОРДЕН: Женушка-топор ...

 

Это один из самых примечательных случаев нераскрытых убийств в истории американской преступности. Правда ли, что знойным августовским днем 1892 года учительница воскресной школы Лиззи Борден зарубила топором отца и мачеху, которые не давали ей нормально жить, или это сделал кто-то другой?

Лиз Борден топорик схватила,
Раз двадцать маман угостила,
Затем за отца принялась -
По кумполу бедного хрясь!

Этот детский стишок звучал во время ребячьих игр в каждой школе по всем Соединенным Штатам. Эхо корявых рифмованных строк преследовало Лиззи Борден до самого последнего ее часа. Действительно ли в припадке слепой ярости она изрубила ненавистную мачеху, а затем - отца-пуританина? И судья, и присяжные решили, что она этого не делала. И Лиззи вышла из зала суда полностью оправданной.
Но если Лиззи была невиновна, то кто же орудовал топором в городе Фолл Ривер?
Ни расследование, ни время ответа на этот вопрос так и не дали.

В нищете и убожестве

Лиззи Борден родилась в 1860 году в городке Фолл-Ривер, штат Массачусетс. Ее отношения с отцом не заладились с детских лет. Кстати, он назвал ее Элизабет Эндрю, так как хотел иметь сына.
Через два года мать Лиззи умерла. Отец, Эндрю Дж. Борден, вскоре женился на Абби Дарфи Грей, толстой сварливой женщине из простонародья.
Бывший владелец похоронного бюро, мистер Борден был богатым человеком. Почти полмиллиона долларов он скопил на имущественных сделках. Но при этом оставался ужасным скрягой.
Несмотря на немалое состояние, Бордены жили гораздо хуже, чем многие рабочие местной хлопковой фабрики. Эндрю Борден не считал нужным тратить деньги ни на старый запущенный дом, ни на детей - Лиззи и ее старшую сестру Эмму.
Лиззи сначала обижалась на мачеху, потом стала ее презирать. Она была уверена, что Абби вышла замуж за ее отца с единственной целью - наложить лапу на его деньги. Лиззи отказывалась садиться с мачехой за один стол и всегда называла ее "миссис Борден".
Лиззи росла бесхитростной, тихой и вдумчивой девочкой. Она часто ходила в церковь, а свободное время проводила либо на рыбалке, либо за вязанием. Нередко она часами мечтательно просиживала у окна своей спальни.
Вот в такой убогой обстановке провела Лиззи Борден тридцать два года своей жизни. А потом, 4 августа 1892 года, произошло ужасное событие, навсегда положившее конец семейству Борден.

Дело сделано

Городок Фолл-Ривер изнывал от жары. Сестра Лиззи Эмма уехала с друзьями на природу в местечко Фейрхевен, в двадцати милях от Фолл-Ривер. Сама Лиззи после легкого пищевого отравления чувствовала себя неважно. К тому же настроение ей испортили два недавних происшествия. Вопервых, она случайно узнала о намерении обычно скупого отца отдать часть своего состояния сестре жены, мачехи Лиззи. Разозлившись, девушка зашла в спальню Абби, обыскала ее и забрала какие-то дешевые украшения. Родителям она позже сказала, что в доме побывали воры, однако отцу не составило труда убедиться, что пропажа - дело рук Лиззи.
Второе событие произошло, когда кто-то тайком забрался в садик Борденов. Ничего не пропало, но реакция хозяина дома была более чем странной: он почему-то решил, что непрошеных гостей привлекли голуби, которых держала Лиззи, взял топор и отрубил птицам головы.
Так что в то роковое августовское утро Лиззи проснулась в неважном настроении. Жизнь в доме шла как обычно. Мистер Борден после завтрака ушел по делам. Джон Морс, брат его первой жены, приехавший на несколько дней погостить, отправился навестить родственников. Миссис Борден начала домашнюю уборку, а служанка, добродушная ирландка Бриджет Салливан, мыла окна.
Примерно в 9 часов 30 минут утра миссис Борден мыла ступеньки лестницы, ведущей в спальню для гостей. В этот момент на ее голову обрушился топор. Потом кто-то нанес ей еще девятнадцать ударов. Экспертиза установила, что умерла она мгновенно, после первого же удара.
В одиннадцать часов, обливаясь потом, домой вернулся мистер Борден. Возбужденная Лиззи встретила его и проводила в гостиную. А потом, оставив отца отдыхать, отправилась на кухню посплетничать с Бриджет, уже закончившей работу. Через некоторое время служанка ушла в свою комнату передохнуть от полуденной жары.
Минут через десять она услышала отчаянные крики Лиззи: "Сюда! Сюда! Отец мертв! Кто-то вошел и убил его!" Бриджет кинулась на голос и увидела Лиззи у двери гостиной. Она не позволила служанке туда войти, приказав бежать за доктором Боуэном, семейным врачом.
Где-то ненадолго задержавшись по дороге, пришел доктор. Он осмотрел изрубленное тело мистера Бордена. Как было установлено позже, несчастный погиб точно так же, как и его жена. На его голове насчитали следы десяти ударов топором. Диван, ковер, стены гостиной были забрызганы кровью. Когда доктор Боуэн накрывал труп простыней, в дом прибежали встревоженные соседки. Одна из них, миссис Аделаида Черчилль, кинулась успокаивать Лиззи. Но та была совершенно спокойна и явно не нуждалась в участии. Соседку такое равнодушие в тот трагический момент потрясло. Миссис Черчилль спросила Лиззи, где ее мачеха. И услышала в ответ: "Представьте себе, не знаю. Она упоминала, что собирается навестить какого-то больного. Но я точно не знаю... Мне кажется, что я слышала, как она вернулась домой".
Не прошло и нескольких минут, как миссис Черчилль и Бриджет обнаружили тело миссис Борден. Она лежала на ступеньках в луже крови.

Подозреваемые определились

Поначалу подозрение пало на Джона Морса, чье поведение в тот момент, когда он возвращался в дом Борденов, озадачило толпу, собравшуюся у подъезда: подходя к дому, Джон почему-то замедлил шаг и вместо того чтобы сразу войти в парадную дверь, обошел вокруг дома и сорвал с дерева яблоко. Полиция тоже предполагала, что его алиби не очень-то убедительно. Однако, когда все факты были тщательно проверены, подозрение отпало.
Детективы с самого начала были убеждены, что оба убийства - дело рук кого-то из обитателей дома. Бриджет Салливан они исключили из числа подозреваемых очень быстро: у нее не было никаких мотивов убивать; имя ее не упоминалось в завещании Эндрю Бордена; наличных денег в доме не было.
Оставалась лишь Лиззи Борден. Ее поведение после происшедшего было по меньшей мере странным. Когда Бриджет спросила ее, где она была в тот момент, когда на ее отца напали, Лиззи ответила, что выходила во двор. А на тот же вопрос, заданный миссис Черчилль, ответила, что ходила в это время в сарай за какой-то железкой. Естественно, об этом же ее спросили и детективы. Она повторила, что была в сарае и даже съела там три груши. Полицейские буквально на четвереньках облазили весь сарай, но никаких огрызков не обнаружили. Кроме того, Лиззи сказала, что не видела тела мачехи, когда спускалась по лестнице вниз встретить отца.
А тут еще одна из соседок сообщила полиции, что вечером накануне убийства Лиззи говорила ей, что у ее отца есть враги и она боится за его жизнь. Но расследование не выявило у конкурентов Бордена никаких поводов для убийства.
Выяснилось также, что за день до гибели родителей Лиззи купила в городской аптеке синильную кислоту и цианид. Объяснить, зачем ей это понадобилось, она не смогла.

Перед судом

Практически ни одна американская газета не обошла вниманием этот случай, и все они считали виновной в убийствах Лиззи Борден. Еще бы газеты промолчали! Это же была несомненная сенсация - старая дева-дочь отомстила тирану-отцу и жестокой мачехе.
Детективы, расследовавшие дело, готовы были согласиться с газетами. Они даже заготовили ордер на арест Лиззи, но решили подождать до конца предварительного следствия, надеясь, что там ее вина прояснится.
И они не ошиблись в своих ожиданиях. Во время предварительного следствия Лиззи допрашивали в качестве свидетельницы. Она утверждала, что ее не было наверху, когда отец вернулся домой. Стало ясно, что Лиззи пытается уйти от опасного вопроса: как она прошла по лестнице и не заметила на ступеньках тела мачехи?
"Я думала, что находилась в этот момент на лестнице, но теперь вспомнила, что была в кухне", - сказала Лиззи на следствии. И добавила доверительным тоном: "Когда обдумываешь это ужасное происшествие, многие вещи припоминаешь более четко".
Несмотря на "уточненные воспоминания", следствие выдвинуло против Элизабет-Эндрю Борден обвинение в убийстве Эндрю Дж. Бордена и Абби Борден. К тому времени, когда дело о двойном убийстве попало в суд, провинциальное население Америки объединилось в своем недовольстве прессой за ее "несправедливое отношение" к Лиззи. Богобоязненная добропорядочная дочь бессердечного отца вызывала всеобщие симпатии. Простые люди считали, что тихую учительницу воскресной школы не должны судить в связи с таким дьявольским преступлением. Короче говоря, преобладало мнение, что она невиновна.
Тем временем Лиззи оказалась весьма удачливой в выборе адвоката. Это был Джордж Робинсон, бывший губернатор штата Массачусетс. В свое время, еще будучи при должности, именно он назначил на пост одного из трех судей, которые вели теперь судебный процесс по делу Лиззи. На предварительном слушании этот судья по просьбе Робинсона отклонил все утверждения обвинения по поводу покупки синильной кислоты и цианида. Таким образом, прогулка Лиззи в аптеку ни разу даже не упоминалась во время открытого судебного процесса.
Сам процесс шел десять дней. По ходу его было видно, как обвинение шаг за шагом теряет позиции. Лиззи помогла себе и тем, что упала в обморок на скамье подсудимых, что вызвало волну сочувствия и в зале, и среди присяжных.

Блестящее представление

Робинсон все проделал блестяще. Он убеждал присяжных заседателей, что государство поступило жестоко, позволив устроить суд над чистой, святой девушкой, обвинив ее в преступлении, которое она не способна совершить. Он закончил свою защитительную речь таким обращением к присяжным: "Чтобы признать ее виновной, нужно поверить в то, что она злодейка. Джентльмены, разве она похожа на злодейку?"
Присяжные решили, что непохожа, и признали Лиззи невиновной. Лиззи Борден встала со скамьи и под приветственные возгласы публики вышла из зала суда свободной женщиной.
И не только свободной, но и богатой. Она унаследовала большую часть папашиного состояния, такую сумму, о которой и мечтать-то не могла, пока он был жив. Несмотря на грубый стишок, который выкрикивали ей вслед ребятишки, она и не подумала уехать из Фолл-Ривер. Правда, жить в доме, который принес ей столько неприятностей, Лиззи не стала. Она купила другой дом - в престижном пригороде.
Бриджет Салливан после суда вернулась в свою Ирландию. Поговаривали, что Лиззи, вопреки завещанию отца, дала служанке довольно значительную сумму денег.
Какое-то время ходили слухи, что Лиззи и Бриджет сговорились избавиться от старого жестокого скряги и его противной жены. Но полиция никогда больше не возвращалась к этому делу. Там были уверены, что в свое время арестовали истинную преступницу. По твердому убеждению детективов, двенадцать добреньких мужчин-присяжных отпустили на свободу убийцу. Кстати, преступник с топором из Фолл-Ривер больше нигде и никогда не появлялся.
Лиззи поселилась в новом доме с сестрой Эммой. По свидетельству соседей, сестры вскоре начали ссориться и Эмма ушла из дома.
Лиззи до конца своих дней так и осталась одинокой старой девой. Она скончалась в 1927 году в возрасте шестидесяти семи лет и унесла с собой в могилу тайну душного августовского утра.
Но по сей день убийство в Фолл-Ривер время от времени вызывает споры. В Америке даже существует "Общество друзей Лиззи Борден", которое регулярно протестует против обвинений в ее адрес и настаивает на ее невиновности. Но есть также множество людей, убежденных в том, что в тот августовский день 1892 года забитая и униженная дочь Эндрю Дж. Бордена в конце концов вышла из себя и жестоко отомстила тем, кто не давал ей нормально жить.

TopList

<plaintext>